Главная Статьи Полцарства за идею
 

ПОЛЦАРСТВА ЗА ИДЕЮ

Полцарства за идею        "Полцарства за идею!" - таков, наверное, мог бы быть универсальный девиз современного общества. И в первую очередь это относится к одному из самых выразительных символов этого общества - к часовому искусству

Философы потребления

       Сложнейший механизм из 550 деталей, гравированные вручную мосты, корпус из платины, собранные под одной крышкой все существующие в часовом искусстве функции, выложенный драгоценными камнями циферблат, индивидуальный номер 001. Это прекрасный образец Haute Horlogerie, выпущенный лимитированной серией, точно рассчитанной на определенное количество фанатичных коллекционеров, которые могут позволить себе такое сокровище. Принцип создания этих часов не слишком изменился с XVIII века, когда Бреге, Грэм и другие мастера годами создавали эксклюзивные шедевры для монарших особ. А остальные довольствовались тем, что попроще, либо смотрели на часы с кукушкой.


Ален Зильберштейн

Ален Зильберштейн        Французский архитектор, поклонник конструктивизма, последователь австрийской школы Баухаус. Свое решение перейти с больших форм на малые - то есть к созданию часов - объясняет тем, то только в часах "работают" те идеи, которые в других конструкциях кажутся незаметными. В начале 80-х Зильберштейн создал несколько эскизов часов для своих друзей, а в 1986 году благодаря поддержке спонсоров открыл собственное ателье Alain Silberstein в Безансоне. Первые часовые коллекции, созданные мастером, были кварцевыми и отдавали большую дань моде начала 80-х и, в частности, стилю панк. Одной из величайших удач Зильберштейна, обеспечившей ему современную славу, стала концепция "Механика как развлечение". Alain Silberstein Мастер чутко уловил время возвращения механических часов в категорию товаров люкс, но предложил им совершенно иную, отличную от традиционной подачу: если механические часы воспринимаются людьми как дорогие и сложные игрушки, то почему бы не придать им и вид игрушки? Взяв за основу дизайн конструктора "Лего" и прямолинейные формы 20-х годов, Зильберштейн создал часы, которые действительно развлекают своего владельца, являются своеобразной наручной анимацией. Сегодня красный квадрат, синий треугольник и желтый круг - фирменные символы продукции Alain Silberstein воспринимаются как символ безупречного вкуса и принадлежности к богеме, а яркие цвета, расписные циферблаты и шуточные надписи стали частыми гостями в коллекциях даже самых консервативных марок.


Harry Winston        Сегодня кукушек заменили наручные часы, годовой объем производства которых скоро сравняется с численностью населения планеты. Всякий может пойти в магазин и купить себе наручного спутника за умеренную или, наоборот, неприлично высокую цену. Сложность, профиль колес и принципиально новый спуск, конечно же, интересны, но интересуют лишь несколько тысяч землян - истинных ценителей Haute Horlogerie, в то время как миллиардам по-прежнему подавай хлеба и зрелищ. При этом достаток хлеба явно вызывает потребность во все более изощренных зрелищах. И за сердца и кошельки простых потребителей уже несколько десятилетий идет нешуточная битва.
       Что нужно для того, чтобы создавать часы, которые станут хитом продаж по всему миру и мечтой честолюбивого яппи? Только хорошо развитое воображение и умение воплощать в жизнь идеи, буквально витающие в воздухе. Не обязательно для этого быть великим часовым мастером или талантливым дизайнером. Не требуется также и великолепное знание рынка: покупатели не всегда устремляются к тому, что им, вроде бы, надо, иначе маркетологи уже давно установили бы террористическую диктатуру потребления.
       Более того, не нужно быть очень умным - ум и талант, как правило, только мешают друг другу.
       Как показывает практика, для того чтобы создавать самые популярные, самые массовые и самые копируемые товары, надо быть немного не от мира сего. Еще в прошлом веке таких людей называли философами, и они формировали умонастроения целых поколений. Сегодня настоящие философы занимаются рекламой и дизайном, формируя настроение рынка.
Gerald Genta        Скажем, самый знаменитый современный дизайнер Филип Старк говорит, что ему совершенно не интересны эксперименты со стилями, материалами, узорами и формами. Он создает идею, не слишком беспокоясь о том, насколько практично ее воплощение. Идея должна быть просто хороша сама по себе. Например, его знаменитая соковыжималка в виде космического корабля. Безусловно, сок лучше выжимать банальным кухонным комбайном. Но сверкающая металлическая штука, не оскверненная прикосновением цитрусовых, просто обязана стоять на барной стойке как символ безукоризненного вкуса и продвинутости хозяев.
       Или скажем, ну что такого особенного в многочисленных продублированных банках супа и портретах Мэрилин Монро? Просто Энди Уорхол первым додумался до того, что люди хотят жить в окружении собственных представлений об искусстве - искусстве, выражающем понятные и доступные всем потребительские ценности.
Банки супа с портретами Мэрилин Монро        Возьмем еще, к примеру, ИКЕА: в чем гениальность этого проекта? Да всего лишь в том, чтобы поставить то, что считалось высоким дизайном на массово-сборочную основу. В итоге нарочитая простота конструктивистского дизайна, до появления шведской фирмы украшавшего только дома богемы, вернулась к тому, ради чего она задумывалась в начале века: от произведений искусства "не для всех" к простой мебели, доступной каждому пролетарию. Чтобы сложить два и два, в данном случае действительно потребовался настоящий гений - гений молодого шведа Ингмара Кампрада (когда он основал ИКЕА в 1943 году, ему было всего 17 лет).
       Удачные идеи приносят современным философам известность и процветание. То же самое происходит и в часовой индустрии.


Жан-Клод Бивер

Жан-Клод Бивер        Этого человека мало кто даже среди знатоков часового искусства знает в лицо,потому что он принципиально не стремится к известности. Как выражается сам Бивер, он - идеальный клиент, потому что старается творить не с позиции собственных предпочтений, а только с позиций покупателя часов. Бивер признает, что никогда не был гениальным конструктором, дизайнером или профессиональным знатоком часовой механики и истории. Вообще его знакомство с этой индустрией произошло случайно. В 70-е, когда выпускник Лозаннского экономического института молодой хиппи Бивер странствовал по Швейцарии, он разбил свою палатку в долине Vallee de Joux. Биверу так понравился неспешный уклад жизни часовых мастеров, что он попросил своего друга пристроить его на какой-нибудь часовой завод. Работать Бивер начал на Audemars Piguet. Audemars Piguet С его именем связаны такие блестящие проекты как создание Royal Oak (совместно с Джеральдом Джентой), возрождение Blancpain, разработка концепции Omega My Choiсе, старт Leon Hatot и, наконец, последнее творение Жан-Клода Бивера - модель Big Bang для Hublot. Сам Бивер называет себя философом-практиком - он не занимается чем-то конкретным, например, созданием дизайна, а только думает, анализирует и в результате рождает на свет идею, которая может звучать так: "Многие люди скупают поддельные Rolex и Breguet, потому что это имена, за которыми стоит ценность и история. Так давайте возродим какую-нибудь историческую марку, изделия которой изначально будут коллекционными раритетами". Кстати, именно так появилась Blancpain. И именно по такому принципу сегодня создаются почти все новые брэнды De Luxe.



Смотрящие в сторону

       Креативный директор Hublot Жан-Клод Бивер считает, что не нужно какого-то специального образования или даже большой любви к часовому искусству, чтобы создавать удачные концепции. Философу в принципе наплевать, в какой области творить: все самое интересное происходит у него в голове. Ни дизайн, ни механика, ни гравировка и финишная обработка, по мнению Бивера, не играют решающей роли в создании часов: "Да, существуют мастера, которые создают удивительные функции, и есть дизайнеры, которые придумывают модные корпуса, циферблаты и комбинации цвета. Однако нужны такие люди, как я, чтобы вычленить из многообразия изобретений и дизайнерских проектов идею, которая станет действительно "ударной". Скажем, если мы говорим о новой модели Big Bang - то, на первый взгляд, это классический Hublot 80-х годов. Однако, присмотревшись, вы видите, что винты стали рельефнее, корпус немного изменил очертания, появился другой браслет и вообще часы обрели мощь и агрессивность. Вот только некоторые теперь говорят, что Big Bang очень напоминают известные всем Audemars Piguet Royal Oak. Еще бы они его не напоминали! В конце концов эту модель мы создавали вместе в Джеральдом Джентой: он придумал форму корпуса, а я облек ее в товарную оболочку. Разве удивительно, что все, сделанное мною, так или иначе несет отпечаток моего вкуса, культуры и образования? Если бы я был японцем, то все мои часы неуловимо походили бы на Seiko".
Полцарства за идею        В свою очередь Ален Зильберштейн говорит: "Сегодня людей, которые реально двигают часовую индустрию, предлагая новые идеи, не так уж много - чтобы перечислить, хватит пальцев одной руки. Например, Йорг Хайсек и Джеральд Джента. Существуют часовщики, которые пользуются предложенным дизайном. Есть дизайнеры, которые, наоборот, искренне увлечены придумыванием нового логотипа или формы стрелок. Конечно же, много копиистов, которые модифицируют то, что уже было создано. Но чтобы сделать нечто действительно выдающееся, надо смотреть не туда, куда смотрят все. Ни вперед, предвосхищая будущее, ни назад, копируя идеи прошлого, а куда-то в сторону, как смотрят дети, для которых незначительная деталь на стене зачастую интереснее и понятнее эпической картины".

Первые, ставшие лучшими
Chopard        Если посмотреть на всю историю часовой индустрии последних лет, то можно легко вычленить наиболее удачные идеи, ставшие в свое время хитами продаж и до сих пор удерживающие рекорды популярности. Особенно интересно рассмотреть их в ракурсе того, что было модно в то время в обществе в других областях.
       70-е. В это десятилетие общество торжественно констатировало смерть моды. Надевай что хочешь, мешай стили, сам создавай собственный дизайн. При этом только часы остаются в массе своей классическими и консервативными. Новая форма, необычное сочетание - именно то, чего ждали все модники, надевавшие футболки с костюмами от Armani. И в ответ на их молитвы появляются Royal Oak от Audemars Piguet (восьмигранная форма, стилизованные винты на безеле), часы-иллюминатор Hublot (сочетание золота и каучука) и Class One от Chaumet (смесь бриллиантов и дайверского хронографа). Самыми востребованными концепциями оказались роскошь и дешевизна, традиция и китч. Сегодня все это настолько привычно, что даже утомляет. Но те, кто сумел рискнуть 30 лет назад, выиграли и попали в список живых классиков. Именно в это время появляется и новая концепция продажи часов - Must de Cartier, предлагающая не просто часы, а элемент единого "правильного" стиля. Креативный директор Richemont Group Джампьеро Бодино утверждает, что сегодня идея Must уже не работает - общество потребления резко специализировалось, и все выбирают для себя только лучшее у каждого брэнда. Однако сегодня многие марки уже пытаются бороться с этой тенденцией. И кто знает, может, в самое ближайшее время избалованного богатым выбором покупателя захватит новый яркий total look?


Рудольф Каттан

Рудольф Каттан        Часы, которые создает Rodolphe, стоит выделить уже хотя бы потому, что нет людей, которые отнеслись бы к ним равнодушно. Они либо вызывают жгучее желание приобрести их, либо сразу активно не нравятся. Одно это свидетельствует о том, что их создатель нашел свою идею, поскольку современные часы - это, пожалуй, самый эмоциональный продукт. Рудольф Каттан, возможно, самый перспективный из тех, кого можно назвать молодыми часовыми философами. Неудивительно, что его потенциал весьма высоко оценил владелец Franck Muller Group Вартан Сирмейкес, который признался, что приобрел чаcовую компанию Rodolphe Montres и дизайн-бюро Rodolphe SA только ради их главного креативного "двигателя" - Рудольфа Каттана. Rodolphe Как и многие его коллеги, Рудольф (он сам предпочитает, чтобы его называли исключительно по имени) пришел в часовую индустрию из архитектуры. Но в отличие от многих часовых мастеров и дизайнеров, Рудольф не скрывает, что ему, в общем-то, наплевать на великое часовое прошлое. Он не воздевает руки к небу и не говорит о традиции. Ему 40 лет, и он всегда создавал часы для людей своего поколения. Для тех, кто любит фильмы "Новой волны", черные комедии, хороший рок и прогрессив-транс. Сегодня среди достижений Рудольфа значатся: популярные коллекции Tissot, Longines и Omega, знаменитая коллекция Rodolphe by Longines, положившая начало современному дамскому дизайну и, наконец, горизонтальная "бочка" Instinct - оказавшаяся самой востребованной идеей среди нового поколения яппи. Пожалуй, ожидание того, что сделает Рудольф для Franck Muller, - одна из главных интриг женевской World Premier-2006.



Часы, созданные дизайнером Филлипом Старком        80-е. Все, кто знаком с историей часов, знают, что именно в это время массовые кварцевые часы переживали пик своего расцвета, как Интернационал, разрушая "старый мир" буквально "до основанья". И что же появляется в это время на часовом рынке? Такие яркие, буквально революционные (или даже антиреволюционные) явления, как Swatch и Blancpain. Первое - это марка "одноразовых" кварцевых часов, собранных из самых дешевых механизмов. Появление Swatch восполнило именно то, чего не хватало массовому сегменту - стильный дизайн и европейское происхождение. Blancpain выступила как суперрафинированная марка, возродившая все эксклюзивные механизмы и классический дизайн карманных часов. Секрет чуда Николаса Хайека и Жан-Клода Бивера прост: снобизм и ксенофобия европейцев победили экономическую выгоду азиатов. Эта тенденция жива по сю пору. Поэтому, скорее всего, сегодня битву за покупателя выиграют те брэнды, которые предложат не только красивые и стильные, но и идеологически правильные часы.
       90-е. На это десятилетие, а также на начало XXI века пришелся триумф товаров роскоши. В этот период бешеную популярность обретали те концепции, которые могли хоть ненадолго оторваться от своих преследователей в гонке за звание "самых шикарных часов": первые часы, созданные в сотрудничестве с автомобильной маркой (Breitling-Bentley, Eterna-Porsche); первые часы, сделанные при участии звезды шоу-бизнеса (Omega Constellation My Choice); первые часы, целиком покрытые бриллиантами (Patek Philippe Twenty~4); первые часы с бриллиантами и пластиком (Reef от Technomarine); первые часы с тремя сложными функциями (Blancpain с турбийоном, хронографом, календарем и 7-дневным запасом хода, выпущенная в 1995 году). Сегодня гонка за роскошью продолжается, однако ажиотаж несколько утих. Чем удивить привередливого покупателя? Вот над чем ломают голову современные дизайнеры, маркетологи и создатели механизмов. Правда, пока результаты несколько локальны. Кварцево-автоматический механизм Seiko Spring Drive, коаксиальный спуск Omega и самый быстрый хронограф в мире Calibre 360 от TAG Heuer не смогли повторить феерический успех Seiko Astron 1968 года. Может, секрет новой гениальной часовой концепции тоже лежит где-то в стороне - в той, куда пока никто не смотрит?


Йорг Хайсек

Йорг Хайсек        Он пугает слабонервных клиентов своим видом: белым балахоном, босыми ногами, клочкообразно стриженными волосами и немного безумным взглядом. Хотя на самом деле Йорг Хайсек очень общительный и жизнерадостный человек, который считает, что ему сопутствует удача с самого детства - его семья успела убежать в Женеву из Восточного Берлина в 1960 году за несколько месяцев до возведения Стены. Вначале Хайсек учился на скульптора, но потом переквалифицировался в часового и ювелирного дизайнера. В 1984 году он удостоился Grand Prix за браслет, созданный для Vacheron Constantin. С тex пор имя Йорга Хайсека становилось все более популярным, и сегодня он считается одним из самых самобытных и талантливых дизайнеров в часовом мире. JORG HYSEK        Работа Хайсека не исчерпывается одним только дизайном - он создает всю концепцию часов, от эскиза до рекламной кампании. Среди его коммерческих побед - Marine для Breguet, Kirium для TAG Heuer, Shanta для Ebel, Arctura для Seiko, коллекция часов и ручек AD2000 для Dunhill Кстати, делать ручки и прочие предметы для письма Хайсек любит не меньше, чем часы, поскольку и в тех и в других ему больше всего нравится соединение эстетики и функциональности. Он охотно создает дизайн для других, но еще с большим удовольствием работает на себя. Среди его личных побед: часы-пистолет Beretta Cougar, собственная марка Jorg Hysek и новый проект HD3, вызывающий огромный интерес у специалистов и публики. Вообще в своей работе Хайсек руководствуется всего двумя правилами: "Если не можешь сделать что-то лучше всех, вообще этого не делай" и "Вещь без практического удобства бессмысленна, какой бы красивой она ни была".



АРАБЕСКИ И ЧАСЫ-БАШНЯ

Джерри Симонис, президент Balmain        Главный залог успеха любого дизайнерского продукта, и особенно часов - это их четкая идентификация и направленность. Человек должен совершенно ясно отдавать себе отчет, что он покупает не просто часы, а вполне определенный имидж и стиль. Найти этот имидж, наверное, и есть самая сложная задача для брэнда. В этом отношении Pierre Balmain, как и другие фэшн-брэнды, изначально находился в более выгодном положении, потому что мы создавали часы не "с нуля", а отталкиваясь от стиля дома Пьера Бальма. К сожалению, многие фэшн-марки, которые появились в последние годы, совершенно не понимают, как распорядиться своим наследством. Часовые компании, которые приобретают лицензии на очередное модное имя, считают, что уже одного этого вполне достаточно, чтобы привлечь покупателей. И в этом их главная ошибка: они забывают, что известное имя - это символ вполне определенного стиля, и существуют элементы дизайна, характерные для этого модного дома, которые люди хотят видеть и в своих часах. Когда мы создавали часовую марку Pierre Balmain, то сразу увидели, что у нас есть великолепная дизайнерская концепция, в рамках которой мы должны держаться. Стиль от модельера Пьера Бальма - это сложный элегантный силуэт и узор арабески. И мы сохранили эту идею и в часах: все модели Pierre Balmain отличаются нестандартной формой и непременной арабеской на циферблате. При этом мы не копируем дизайн Pierre Balmain в часах, мы находим собственные решения и идеи, которые соответствовали бы главной концепции марки - "оригинальность и элегантность".
Balmain        Десять лет назад Balmain предложила часы с зеркальцем, чтобы женщина имела возможность поправить макияж - сегодня вы можете видеть множество часов, использующих эту идею. Также Balmain одной из первых представила маленький хронограф для женщин. А в 2000-м, за три года до Declaration от Cartier, мы сделали часы-четки. Если ты четко представляешь, что ты хочешь создать и для кого, иногда идеи сами плывут тебе в руки.
       Так, когда я совершал поездку по ближневосточному рынку, из окна машины я увидел необычное здание - башню, у которой два шпиля устремлялись вверх, напоминая опрокинутый полумесяц. Я попросил остановиться, вышел и сфотографировал эту башню, еще не очень представляя себе, что из этого получится. А потом я понял, что внутренний контур этой формы очень напоминает древнегреческую амфору и что в середине прекрасно будет смотреться циферблат. Так появилась модель Amphora - с непременной арабеской от Pierre Balmain.


ПУРПУР И СТАЛЬНЫЕ ТРОСЫ

Филипп Шарриоль, президент Charriol        Для того чтобы создать успешную часовую (как впрочем, и любую другую) марку, нужны три составляющие. Во-первых, общая философия брэнда, то есть вы четко должны понимать, какой именно продукт и д ля чего хотите делать. Во-вторых, яркая идея. И, наконец, много денег. В принципе, можно обойтись и без них, но тогда ваши идеи должны быть просто гениальными, что в наше время встречается крайне редко.
       Главное правило дизайнера - не задавать себе много ненужных вопросов. Если уж ты сформулировал некую концепцию, пусть даже смутно, развивай ее, доводи до совершенства, убеди всех, что это будет продаваться. Если ты сам хоть на минуту в этом усомнишься и начнешь думать, что, может, ты и не прав и придумал какую-то ерунду, лучше тут же оставить это дело. Безусловно, риск всегда есть, и далеко не все прекрасные дизайнерские концепции находят своего покупателя. Есть много оригинальных идей, которые промелькнули на рынке совершенно незамеченными. Но я бы сказал, что залог успеха любого дизайнера - это его самоуверенность. Дизайнер думает, что понимает потребности покупателей, и чем сильнее он в этом уверен, тем, скорее всего, он ближе к истине.
Charriol        Иногда на то, чтобы найти свою идею, уходят годы. Например, я основательно готовился к созданию своей первой коллекции. Я представил себе женщин, которые будут носить мои часы и украшения, создал сотни эскизов моделей, выбрал фирменный цвет брэнда - пурпур - царственный и в то же время очень женственный цвет. Не хватало лишь последнего штриха, какой-то яркой идеи, которая бы сразу привлекла внимание. И тогда я услышал о кельтской технологии плетения украшений из тонких металлических нитей, известной с V века до нашей эры. Я поехал в Лондонский исторический музей, нашел там образцы этого плетения и сразу понял, что именно этого мне и не хватало. Я сам разработал свой вариант плетения "канатов" из стали и золота и впервые опробовал их в ювелирной коллекции. А через два года представил и первую модель часов Celtic. Без базовой философии, без четкого представления о том, какие именно я хочу создавать часы, аксессуары и украшения, эта маленькая деталь оказалась бы бесполезной. Но в то же время без Celtic я бы не достиг сегодняшнего успеха. Сейчас я могу экспериментировать и предлагать совершенно новые идеи, зная, что у меня есть фирменный стиль, фирменный цвет и фирменная ювелирная технология - актив, о котором мечтает каждый дизайнер.



НОВЫЕ ИДЕИ 2005

       Специализация настолько глубоко проникла в часовую моду, что уже даже гольфисты сами для себя создают часы, и ни в коем случае их нельзя путать с часами для теннисистов. Сложно представить себе, что кто-то сейчас создаст часы, которые захочет иметь буквально каждый, поэтому нельзя говорить о появлении в этом году ярких глобальных концепций. Однако некоторые идеи выглядят очень свежими и оригинальными, а значит - достойными последователей

Harry Winston Opus V Новое усложнение Harry Winston Opus V

       В этом году для проекта "Опус" Феликс Баумгартнер создал асимметричный механизм с уникальной индикацией: ретроградной минутной стрелкой, уникальной спутниковой индикацией часов, индикаторами запасами хода и времени суток. Но самое удивительное усложнение, особенно повеселившее публику, - индикатор срока обращения в сервис. Примерно раз в пять лет он сообщает владельцу часов, что неплохо было бы отнести их в ремонт. Индикатор расположен на задней крышке вместе с регулятором точности, способным замедлять или ускорять ход часов в пределах 30 секунд в сутки. Баумгартнер наглядно продемонстрировал скептикам, что перечень усложнений еще далеко не исчерпан и часы могут быть уникальными и без турбийона.

HD3 Raptor Новый подход к созданию часов HD3 Raptor

       Три дизайнера - Йорг Хайсек и его давние коллеги-партнеры Валери Урсенбахер и Фабрис Гоне - создали три модели (каждая модель имеет три разновидности) в количестве 33 штук каждая, которые будут продаваться в трех странах. Год производится и продается первая модель, следующие 12 месяцев - вторая, затем наступит очередь третьей. Записывайтесь, покупайте, коллекционируйте. Что будет затем? Может, новый проект, а может, и ничего: время жизни проекта по производству оригинальнейших часов HD3 истекает через 3 коротких, но ярких года. Есть только миг, за него и держись...

Новые фрики Angular Momentum Time Explosion

Angular Momentum Time Explosion        Когда уже все перепробовано, трудно представить себе, что кто-то еще может сделать по-настоящему безумные часы. Тем приятнее, когда это удивительным образом происходит. Маленькая скромная фирма Angular Momentum, основанная в 1999 году в Берне, производит то, что она сама называет "разборчивые и интеллектуальные часы для разборчивых и интеллектуальных людей". Во всяком случае бело-золотая модель Time Explosion - это первые внятные часы постмодернизма. Если в парижском Центре Жоржа Помпиду все коммуникации выставлены на обозрение, то почему в часах нельзя выворотить винты, колеса и ротор поверх корпуса?

Total Look Omega Omegamania Новый Total Look Omega Omegamania

       Можно пожать плечами, глядя на новую коллекцию Omegamania, и сказать: что тут особенного, Omega не первая марка, которая выпустила часовой корпус в форме собственного символа. Идея совсем не в этом. Буква "омега" в написании швейцарской марки - действительно стопроцентный символ, узнаваемый во всем мире. И коллекция дамских часов в корпусе из белого или желтого золота, инкрустированном бриллиантами, подкрепленная ювелирной коллекцией в том же стиле, может стать началом нового total look от Omega. Ждем: брелоков, браслетов, сумочек, платков и туфель.

Новая женственность Technomarine Hummer

       Романтичные девушки и солидные дамы восхищенно вскрикивали, когда на Базельской выставке им давали примерить новую модель Hummer французско-швейцарской марки Technomarine. Tissot Flower Power В них нет ни изящности, ни ярких цветов, ни драгоценных камней, но, тем не менее, эта модель в 43-миллиметровом стальном корпусе на резиновом ремешке Technomarine Hummer с характерными отпечатками шин "Хаммера" абсолютно женственная. Наверное, потому, что без скромности подчеркивает превосходство прекрасного пола. Особенно трогательно выглядит секундная стрелка в виде диска колеса.

Новое развлечение Tissot Flower Power

       Мы любим часы за то, что они "живые" - в них все время что-то меняется, крутится, скачет. Часы - это аксессуар, который часто хочется вертеть, рассматривать и на что-то нажимать. Почему бы не дать людям такую возможность? Часы-трансформеры - явление далеко не новое, однако никогда раньше они не были такими стилизованными, легкими в обращении и не имели марку Tissot. Чтобы раскрыть и сложить лепестки "цветка" вокруг корпуса, достаточно повернуть безель. А то, что подобную модель представил титан швейцарской массовой индустрии, доказывает: "часовые игрушки" становятся по-настоящему серьезным явлением.

Лиза ЕПИФАНОВА

Мои часы №3 2005


СМИ о нас
Пресса о нас
Мы в сети

Ретрограды Так называется стрелка, которая двигается по дуге и, дойдя до конца шкалы, «прыгает» обратно на нулевую отметку.
Storm набирает силу В преддверии Московского часового салона мы беседуем с генеральным директором "Лексона Тайм" Наталией Соколовой.
Тикающее из семейства кошачьих По замыслу создателя часового бренда Jaguar, швейцарского промышленника Питера Хаса, лицом марки, ассоциирующейся, прежде всего, с известными автомобилями, должны стать хронометры, оснащенные высококачественными механизмами и соответствующими им дорогими материалами, привлекательными для состоятельных клиентов.
Quinting. Призрак в машине Небольшая компания Koenigsegg из шведского городка Ангельхольм известна разве что горячим поклонникам автомотоспорта и уж тем более о ней почти наверняка никогда не слышали большинство любителей часового искусства. Однако с недавних пор шведские суперкары обрели собственное «представительство» в мире haute horlogerie: мануфактура Quinting (производитель первых в мире прозрачных механических часов) выпустила сразу две модели, посвященные самым быстрым машинам современности.
© 2007 «TimeWay»