Главная Статьи Паскаль Раффи: Что такое роскошь?
 

Паскаль Раффи: Что такое роскошь?

Паскаль Раффи: Что такое роскошь?

Удачливый бизнесмен и, можно сказать, «человек мира» Паскаль Раффи известен в часовом мире как один из страстных и состоятельных коллекционеров довольно давно. Однако шесть лет тому назад страсть к часовому искусству подвигла его на нечто большое, чем просто коллекционирование — он стал владельцем одной из самых элитарных часовых марок Bovet. Часы Bovet когда-то любили британские монархи и китайские императоры, но в последнее время марка переживала нелучшие времена, покуда не оказалась в собственности г-на Раффи, который блестяще возродил ее. Мы встретились с г-ном Раффи в Санкт-Петербурге, куда он приезжал на открытие салона Da Vinci

Паскаль Раффи: Что такое роскошь? — Вы стали владельцем марки Bovet — одной из старейших и благороднейших часовых марок в мире. Зачем? Почему? Вы изначально хотели приобрести именно Bovet или это получилось случайно?
— Доля случая есть во всем. Но я стал владельцем Bovet не случайно. Моя семья на протяжении уже четырех поколений занимается коллекционированием предметов старины и часов. С детства знаю, что такое действительно хорошие вещи и, в частности, — часы. По образованию я юрист, более 20 лет работал в химической промышленности и, конечно же, продолжал семейную традицию — то есть собирал часы. Последние 25 лет моей мечтой было как-то участвовать в их создании. Почему выбор пал на часы Bovet? Потому что Bovet — это яркая история и оригинальнейшая концепция. Это соединение техники и роскоши. Я рассматривал покупку Bovet как редкий прекрасный шанс стать частью более чем 300-летней истории часового искусства.
— Сейчас много говорят о кризисе производства товаров роскоши вообще и дорогих часов в частности. Что вы думаете об этом, и каким вам видится будущее Bovet?
— Для того чтобы ответить на этот вопрос, мы должны сначала определиться с тем, что есть товары роскоши. Есть товары, которые просто дорого стоят, — да, у их производителей — кризис. Но есть товары, которые дают людям повод гордиться обладанием действительно эксклюзивным изделием. Такие вещи всегда были и будут в цене. Позвольте привести небольшой пример. Мне очень нравятся хорошие часы и хорошие автомобили. Всем известно, что таких автомобилей, как Aston Martin, никогда не производится более 5000 штук, а то и вовсе — 1000 или 2000. Они всегда пользуются большим спросом, и люди годами ждут право приобрести их. Если вы даете человеку высочайшее качество, благородную историю и прекрасный сервис, вряд ли вас коснется кризис. А потому Bovet кризис не грозит.
— А что, по-вашему, превращает часы Bovet в предмет роскоши?
— Это по-настоящему эксклюзивная вещь высочайшего качества. Она очень дорогая, потому что на ее изготов ление затрачено колоссальное количество высококвалифицированного труда. Когда я впервые увидел часы Bovet, то просто влюбился в них, несмотря на то, что моя личная коллекция насчитывала к тому времени около двух сотен превосходных экземпляров. Я выбрал 10 лет тому назад Bovet, потому что они действительно роскошны, не просто не похожи на другие, а уникальны. Это часы высочайшего качества, выпускаемые в ограниченном количестве — не более 2000 штук в год, лучшими мастерами. Достаточно один раз взглянуть на Bovet, чтобы понять: есть эти часы и все остальные.

Паскаль Раффи: Что такое роскошь? — Кто сейчас создает дизайн часов Bovet?
— Главный дизайнер Bovet — я. Я создаю часы для собственного удовольствия и стараюсь, чтобы люди, обладающие шедеврами Bovet, испытывали счастье. Вот посмотрите на часы, которые у меня на руке. Это турбийон — уникальная вещь. Они очень похожи на карманные, но это наручные часы. Платина и мосты механизма сделаны из 18-каратного белого золота. Все детали обработаны и гравированы вручную. Эти нюансы очень важны. Ведь человек выбирает какой-то товар, потому что он ему нравится, отвечает его представлениям о прекрасном, удовлетворяет его с образовательной и культурной точек зрения, совпадает с мироощущением. Если ты уважаешь покупателя, то очень важно донести до него, что ваш товар — не простое вложение денег, но и своеобразное отражение его самого.
— Я слышал, что художник, который расписывает циферблаты ваших часов, — уникальный специалист даже по швейцарским меркам. Это правда?
— Уникальные мастера, чье искусство базируется на опыте нескольких семейных поколений, — основа швейцарского часового искусства. Это относится и к людям, создающим сложные механизмы, и к тем, кто занимается отделкой часов. Надо признать, что сейчас, к сожалению, остается все меньше и меньше мастеров, владеющих техникой росписи вручную и знающих секреты миниатюрной росписи по эмали — визитной карточки Bovet вот уже на протяжении более 180 лет. У нас есть такие мастера, и первый из них — Андре Мартине. Он — действительно уникальный мастер. Вряд ли вы найдете в Швейцарии другого человека, способного выполнить эту работу на столь же высоком уровне. В данный момент мы очень много вкладываем в обучение этому искусству молодых мастеров с тем, чтобы через какое-то время и они начали работать на высочайшем уровне.

Паскаль Раффи: Что такое роскошь? — А почему вы не участвуете ни в Базельской выставке, ни в Женевском салоне?
— Мы участвовали в Женевском салоне высокого часового искусства — SIHH — три года. А потом я задумался, а стоит ли Bovet присутствовать там? Решил, что нет. Объясню почему. Девяносто процентов компаний, принимающих участие в таких выставках, — производители массовой продукции. А мы создаем часы не для масс, а для избранных. У нас иная концепция. Bovet — это, можно сказать, семейный бизнес: мы установили очень близкие отношения с мастерами, которые выпускают часы, очень близкие отношения с нашими партнерами — такими, например, как русская компания Da Vinci. Поэтому нам и не нужно участие в крупных ярмарках. Последние два года мы проводим презентации в собственном офисе в Женеве, куда приглашаем друзей и клиентов компании. Наши партнеры чувствуют себя как дома, и такие встречи дают нам гораздо большую отдачу.
— Часы — для вас это уже бизнес или все еще хобби? А если бизнес, то насколько успешный?
— Как уже говорилось, я приобрел Bovet исключительно из страсти к эксклюзивным часам. Пять лет тому назад объемы производства Bovet были невелики — примерно 300 часов в год. Оценив ситуацию и потенциальную потребность в таких часах, я понял, что могу увеличить объем производства как минимум втрое. Ныне борюсь с большим соблазном: с одной стороны, не хочу производить более 2000 часов, а с другой — количество желающих обладать часами Bovet с каждым годом увеличивается. Конечно же, Bovet для меня — прежде всего бизнес. Но не в общепринятом смысле этого слова (мне не нужно быстро заработать кучу денег), моя цель — построить престижную солидную долговечную компанию, которую я смогу передать своим детям. Поэтому всю прибыль я реинвестирую и буду реинвестировать в течение следующих 15 лет в развитие производства. Хочу создать фабрику в местечке, где когда-то появился на свет Bovet...
— Выходит, что Bovet для вас — вполне нормальный бизнес, а вы дальновидный бизнесмен?
— Может быть. Хотя, если честно, то я и сам до сих пор не определился. Не могу и не хочу называть предмет своей страсти обычным бизнесом. Для меня занятие любимым Bovet — наслаждение.
— Приобретя Bovet, вы осуществили свою давнюю мечту. Мечтаете ли вы теперь о чем-нибудь еще?
— Есть ли у меня другие мечты? Есть, но они не связаны с Bovet, который, думаю, останется моей главной страстью еще на протяжении ближайших 50 лет. Мечтаю дать детям прекрасное образование... Мечтаю, чтобы моя семья была счастлива.
— А ваши дети тоже любят часы?
— У меня две дочери. Старшей 12 лет, младшей 3 года, и в данный момент мы с женой ожидаем рождение сына. Старшая дочь любит часы, так же как я увлекается историей и всем, что с ней связано. Она очень много читает. Сейчас у нее экзамены, и она не смогла приехать в Санкт-Петербург со мной, хотя так мечтала об этом. Ведь обычно я беру ее с собой в деловые поездки по Америке или Азии. Сегодня утром я звонил домой, и она попросила меня увидеть в Санкт-Петербурге как можно больше и хорошо все запомнить, чтобы потом рассказать ей. Она много читала о вашей Северной столице, знает, что за красоту ее называют второй Венецией. И еще она попросила остановить свои часы и вообще забыть о них на некоторое время, чтобы в полной мере насладиться красотой этого города. Так что я могу назвать себя вполне счастливым отцом.
— Что ж, наш журнал желает вам личного счастья и успехов в бизнесе!
— Спасибо. Я хотел бы отметить одну вещь, которая, на мой взгляд, очень важна. Я живу в Швейцарии и не очень хорошо знаю Россию. Я хотел бы поблагодарить фирму Da Vinci и господина Кузнецова. Когда создаешь эксклюзивную продукцию высочайшего качества, обязательно нужен партнер, который разделяет твои принципы, с большим уважением относится к покупателю, который способен преподнести часы соответствующим образом. Деньги в бизнесе решают далеко не все, не менее важны честность и прозрачность. У нас с Da Vinci общий дух, общие принципы обслуживания покупателей, основанные на честности и уважении.


"Мои часы" март-апрель 2004г.

СМИ о нас
Пресса о нас
Мы в сети

Итальянское изящество Четко сформулированная стратегия, снижение количества коллекций до оптимального, большое число вариаций каждой модели, продуманный дизайн и моментально узнаваемый стиль - вот далеко не полный перечень "секретов" Lorenz.
Дизайн по-русски В объявленном нами зимой конкурсе "Русский дизайн" приняли участие как сотрудники дизайн-бюро почти всех ведущих отечественных производителей, так и независимые дизайнеры. Это радует, ведь цель нашего конкурса - поддержать российских специалистов, связать их с производителями.
Antiquorum подводит итоги весеннего сезона 14 июня в нью-йоркском отеле The Grand Havana Room прошли очередные, последние на момент выхода журнала торги аукционного дома Antiquorum, на которых выставлялись настольные, карманные и наручные часы из частных коллекций, а также часовые инструменты.
Религия времени Чем являются часы - прибором, символом статуса, аксессуаром? А может моделью, в которой люди видят наш мир?
© 2007 «TimeWay»