Главная Статьи Иногда они возвращаются
 

ИНОГДА ОНИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ

текст: Лиза ЕПИФАНОВА


Известия о пропаже знаменитых часов всегда вызывают чувство сожаления. Но надо ли, чтобы их находили? Как говорил Конфуций, лучше путешествовать с надеждой, чем достичь места назначения.




Я иногда думаю: что же сталось с часами Джорджа Буша, так ловко украденными у него прямо с руки во время встречи с албанским народом в июне прошлого года? Учитывая, что это был 50-долларовый Timex и немного зная албанский народ, вряд ли можно предположить, что вор президентские часы носит. Уж скорее он предпочтет поддельный, а то и настоящий Rolex. А с часами Буша сейчас играет какой-нибудь албанский школьник, или они висят над стойкой бара в Тиране или Бари как честно добытый в бою трофей. Во всяком случае, вряд ли они когда-нибудь всплывут на аукционе или в зале суда, взорвав заголовки газет выкриками «Часы Буша найдены!». Впрочем, и новость о самой краже была не более чем событием одного дня, повеселившим читателей курьезностью всего происшедшего. Но что было бы, носи президент США не кварцевый Timex, а какую-нибудь навороченную механику? Наверное, албанцы ждут не дождутся, когда к ним с визитом приедет Николя Саркози, предпочитающий Patek Philippe, Cartier и Breitling, или кто-нибудь из российских политиков и олигархов. Наверняка история бы продержалась в прессе намного дольше, крупное изображение часов и их точное описание обошло бы все специализированные часовые журналы, а сама модель была бы занесена в список «великих пропаж» — как тот самый Rolex, подаренный Мерилин Монро Кеннеди, тщательно скрываемый от публики тридцать лет и лишь три года назад выставленный на Sotheby's.


Что это все доказывает, спросите вы? Лишь то, что, в отличие от многих других предметов, применительно к часам важность их пропажи зависит в первую очередь от самого украденного или потерянного экземпляра, а не от личности, у которой его украли. В каком-то смысле часы оказываются гораздо важнее людей, пусть и знаменитых. А интересная кража — это целое искусство, которая, как сюжет авантюрного романа, держится на нескольких важных составляющих. Сюжет этот может быть эпическим, приключенческим, трагическим и даже фарсовым. В любом случае его главным героем являются вовсе не люди. Даже самые известные из них становятся лишь статистами, когда разговор заходит о маленьком тикающем механизме. Главный герой в этих историях всегда неизменен: сами часы. Итак...


СЮЖЕТ ИСТОРИЧЕСКИЙ


Первый вопрос, который многие русские журналисты задавали Николасу Хайеку, когда он приезжал в конце прошлого года на открытие бутика Breguet в Москву, был вовсе не про бутик или производство. Их гораздо больше интересовало, рад ли он тому, что легендарные часы Марии-Антуанетты наконец-то нашлись? На что господин Хайек отвечал, что, рад, разумеется, конечно... Но особого энтузиазма в его голосе не слышалось. И еще добавлял: пусть вначале подтвердится, что это именно те самые часы. В общем-то главу Breguet можно понять. Нынешняя слава дома Breguet отчасти держалась на романтической истории самого сложного творения Авраама-Луи Бреге, законченного мастером после смерти той, для кого они были предназначены, сменившего затем множество именитых владельцев и, наконец, ставшего жертвой дерзкого ограбления. История эта настолько сложная и захватывающая, что превзошла по сложности и нереальности сами часы. То, что уникальную модель нельзя увидеть и пощупать, уже более 30 лет только подстегивало интерес публики к изделию и марке в целом. Тем более что Николас Хайек затеял и осуществил грандиозный проект: воссоздал часы Марии-Антуанетты по описаниям и рисункам. Созданный в ходе проекта клон должен был стать триумфом современного Breguet, логичным завершением этой истории в стиле «мастер умер, королеву казнили, часы пропали, но часовое искусство — вечно!». И вдруг, словно чертик из табакерки, всплывают настоящие часы, без особой помпы возвращенные анонимным адвокатом... И правда, найденный шедевр уже не так притягателен, как безвозвратно утраченный.


Историю этих часов знают, наверное, все, кто знаком с историей Breguet. В 1783 году Бреге получил поразительный заказ от одного из офицеров королевской гвардии: Мария-Антуанетта желала приобрести часы, в которых бы объединялись все существовавшие на тот момент усложнения и изобретения в часовом деле. Ни стоимость, ни сроки королеву не интересовали. Со стоимостью понятно, «все могут короли». А вот время не подвластно даже им, и со сроками королева погорячилась: когда Бреге закончил-таки работу, Марию-Антуанетту уже казнили. Мастер решил никому не продавать эти часы.


Впервые часы Marie Antoinette были представлены публике в 1827 году, через четыре года после кончины самого Бреге. Только тогда знатоки часовой механики смогли убедиться, что он действительно был гением усложнений и сумел собрать все достижения часовой мысли под крышкой одного корпуса. В XIX веке шедевр успел сменить нескольких владельцев, пока не оказался в руках одного из самых преданных поклонников Бреге — сэра Дэвида Саломонса, первого иудейского мэра Лондона. Его дочь, Вера Саломонс, передала всю коллекцию Иерусалимскому музею исламского искусства LA. Meyer, чей основатель и эпоним был ее университетским преподавателем. Злой рок, преследовавший эти часы еще с момента заказа, настиг их и здесь: в ночь с 15 на 16 апреля 1983 года часы «Мария-Антуанетта» и еще ряд редких экземпляров были украдены. Иерусалимская газета Haaretz тогда намекала, что степень осведомленности воров и чистота их работы свидетельствует о приближенности к музейному окружению и связях с мафией. Но полиция так и не смогла выйти на след похитителей, и дело, говоря языком российских оперов, превратилось в типичный «висяк».


Прошло более двадцати лет. За это время тема механических часов успела оказаться погребенной под сотнями передовых сверхсовременных электронных моделей и восстать из небытия. Марка Breguet сменила двоих владельцев. И вот в 2006 году некий часовой мастер связался с музеем, поскольку к нему через адвоката обратилась вдова британского бизнесмена, просившая оценить коллекцию мужа. Часовщик тут же опознал в ней украденные шедевры. Через год переговоров с адвокатом дамы коллекция была возвращена в обмен на символическое вознаграждение и при условии полной анонимности.


В том, что найден действительно тот самый шедевр Бреге, мы сможем убедиться не раньше середины этого года. Именно тогда закончится экспертиза, и только тогда будет ясно, можно ли поставить точку в этой истории. Но самое главное, тогда мы получим ответ на вопрос: какие часы лучше — Бреге или Хайека?


СЮЖЕТ ДВАЖДЫ ДЕТЕКТИВНЫЙ


А вот совершенно иной поворот развития темы «Часы украденные и возвращенные». Легендарный Omega Speedmaster Professional Chronograph, принадлежащий астронавту Эдвину «Баззу» Олдрину, стал первыми часами, которые побывали на лунной поверхности. Два часа и сорок минут, которые Базз Олдрин и Нил Армстронг провели на Луне в июле 1969 года, были отмерены именно этим хронографом. Хотя у Армстронга был такой же, он оставил его на борту корабля, потому что в самом модуле вышли из строя стационарные часы (видимо, на тех не было заветной маркировки Swiss Made).


В 1973 году, через два года после увольнения из NASA, Олдрин отправил на выставку в Смитсоновскии институт несколько своих вещей, имевших отношение к лунной экспедиции. После окончания выставки экспонаты вернулись. Все — за исключением часов и нескольких медалей. Полиция и ФБР вели долгое расследование, но так и не смогли выяснить, кто, в какой момент украл часы из института и, главное, куда они делись. А в 2003 году Стивен Морли, бизнесмен на пенсии из города Лонг-Бич в Калифорнии, обратился в суд с просьбой установить подлинность его Omega Speedmaster. Их описание и серийный номер 043 совпадали с номером, под которым в каталоге NASA был записан хронограф Олдрина.


Морли рассказал совершенно потрясающую историю. Оказывается, в 1991 году он увидел объявление в газете, предлагающее старые часы Omega. Бизнесмен очень заинтересовался и написал, что хотел бы приобрести Speedmaster, но его интересуют только модели, выпущенные до 1969-го. По его мнению, модели Omega, появившиеся после высадки на Луну, уже «не были такими интересными». В ответ он узнал, что нужный ему экземпляр есть и он может приобрести его за... 175 долларов.


«Часы в хорошем состоянии и очень точные, только немного царапали кожу, — рассказывал Морли, — я довольно долго ходил в них на работу». После выхода на пенсию Морли решил получше узнать историю своих часов, что и привело его сначала к звонку в NASA, а затем и в суд.


В лучших традициях американской юридической системы сразу после известия о находке началась судебная тяжба. На найденные часы претендовало правительство, утверждавшее, что они — достояние нации и потому должны быть выставлены в Смитсоновском институте. Ему не собирался уступать постаревший Олдрин, который считал, что часы вообще-то его, и он готов выплатить мистеру Морли компенсацию, но институт, не сумевший обеспечить должную охрану раритета, он к часам и на пушечный выстрел не подпустит. Процесс длился целый год, и ничто не мешало ему продолжаться дальше, если бы не назначенная судом экспертиза. Ее вердикт был однозначным: часы не те. Да, серийный номер совпадает, но это не та модель, которая летала на Луну.


Морли и его адвокат очень удивились такому решению, ведь на часах Олдрина не было никаких специальных отметок, чтобы с точностью установить их подлинность. У самого астронавта не осталось никаких документов на часы, не могут найти их и в Смитсоновском институте. Поэтому будут ли когда-либо часы Олдрина найдены и, главное, идентифицированы — неизвестно. Но если это произойдет, они могут стать самыми дорогими наручными часами в мире. Ведь даже за часы Морли, не дожидаясь результатов экспертизы, коллекционеры в 2004 году предлагали до 4 миллионов долларов.


СЮЖЕТ КУРЬЕЗНЫЙ


Последняя история не имеет отношения к особам королевской крови и другим знаменитостям, как, впрочем, и к легендарным часам. Она повествует о том, что кража часов может обернуться не трагедией, а неожиданной выгодой, причем почти для каждого человека.


Случилась она в начале прошлого года в Лондоне.    Полицейский    рейд   проверял несколько подозрительных ювелирных магазинов, и на складе одного из них было найдено большое количество часов — как оказалось, недавно украденных у почтенных граждан. В ювелирном магазине они оказались не случайно. Как выяснилось, обычной практикой для воров является проводить над украденными моделями «бриллиантовый тюнинг». Таким образом, они убивали сразу двух зайцев: с одной стороны, часы тут же в разы повышались в цене, с другой — их уже невозможно было узнать по описаниям, оставленным в полиции и на специализированных сайтах Lost&Found. Но полиция сумела разыскать всех владельцев по серийным номерам, указанным на механизмах, и вернуть им украденную собственность.


ДО КРАЖИ... ...И ПОСЛЕ

Да не просто вернуть, а с процентами! Одна дама, у которой похитили часы стоимостью 10 000 фунтов, получила их обратно уже в бриллиантовом обрамлении стоимостью 32 000 фунтов. А самый большой бонус получил владелец золотого Rolex Oyster: он приобрел их за 40 000 фунтов, а получил обратно подорожавшими до 200 000 фунтов. И не исключено, что если он решит продать свой Rolex, то благодаря фантастической истории, которая теперь сопровождает часы, цена может вырасти еще больше, а и без того не самый дешевый Rolex вообще превратится в коллекционный экземпляр. Как уже было сказано, хорошая кража — это не только преступление. Это еще и отличная история, из которой, в конечном счете, можно извлечь неплохую выгоду.


Часовой бизнес №2 2008


 



СМИ о нас
Пресса о нас
Мы в сети

Бриллианты Бриллианты сейчас стали такой же привычной частью часового декора, как, скажем, разметка на циферблате. Кстати, именно в этом качестве чаще всего и используются часовщиками драгоценные сверкающие камушки.
Чтобы помнили. Maurice Lacroix Memoire 1 На презентации, прошедшей в шанхайской Джой Мио Тауэр, Maurice Lacroix раскрыла часть секретов своей новейшей разработки
Территория Валле-де-Жу в Москве Часовая мануфактура Jaeger-LeCoultre расширила свою мировую сферу влияния. Адресом одиннадцатого бутика знаменитой швейцарской компании, основанной в 1833 году в "долине часовщиков" Валле-де-Жу, стал Берлинский Дом на Петровке.
Новая автоматика - автоматически хороша? Если сегодня производитель часов решает запустить в производство новый часовой механизм с автоматическим заводом, то он хочет либо дополнить уже существующие механизмы-калибры лучшей моделью, либо перестать зависеть от своего поставщика базовых механизмов. Первый вариант относится к рассматриваемому здесь Калибру 975 от Jaeger-LeCoultre, а второй - например, к новому Калибру 975 от Audemars Piguet и Калибру 2475 от Vacheron Constantin. Для более комплексного анализа в этот список также был включен новый IWC Калибр 80110.
© 2007 «TimeWay»