Главная Статьи Franck Muller. Из первых уст
 

Franck Muller. Из первых уст

О мануфактуре Franck Muller постоянно ходят противоречивые слухи, касающиеся сложных взаимоотношений ее двух владельцев — Вартана Сирмейкеса и самого Франка Мюллера. Творческому десанту «Часов», высадившемуся этой весной в Жанто, несказанно повезло: нам удалось лично побеседовать с обоими руководителями, которые без лишних откровений и самокопаний попросили уведомить российских читателей о том, что в «королевстве» Watchland все хорошо.

Franck Muller. из первых уст Когда-то Сирмейкес был владельцем скромной фабрики по производству часовых корпусов, сегодня же на равных говорит с такими «китами» бизнеса, как Николас Хайек и Норберт Платт. Этот безусловный авторитет часового мира, однако, предпочитает оставаться несколько в стороне от рыночных страстей, следуя собственным тактическим курсом. Судя по прогрессивному развитию компании, курс проложен верный.
— Г-н Сирмейкес, правда ли, что г-н Мюллер вернулся в компанию и сейчас активно занят в создании новой коллекции?
— Насчет коллекции правда, а насчет возврата - нет. Прежде всего потому, что Франк никогда нас не покидал.
— Но он же был какое-то время «вне игры», разве нет?
— Ну, как у любой творческой личности, у него были периоды раздумий, анализа пройденного пути, отдыха от дел насущных - да у каждого из нас жизнь состоит из таких периодов!
— Го есть трудные времена позади?
— Знаете, Группа Franck Muller очень большая, и она уже давно не принадлежит одному человеку. Здесь много ответственных руководителей: Франк, я, многие другие. Мы не всегда находили общий язык, но это опять же нормально, в порядке вещей для любой крупной компании. Franck Muller. из первых уст
— Вы друзья или все-таки больше партнеры по бизнесу?
— Человек, которого ты каждый день неоднократно встречаешь, с которым вместе обедаешь и обсуждаешь совместный бизнес, может считаться другом. Я бы назвал эти отношения «дружбой деловой реальности».
— В прошлом году вы приобрели две новых компании: Rodolphe и Barthelay. Зачем и почему именно их?
— Для Группы это была хорошая возможность заполучить в команду двух отличных специалистов и просто хороших людей. Владелец Rodolphe Родольф Каттен - мой друг, понимающий в часовой эстетике, и мне захотелось иметь его часы в арсенале FM. Вартан Сирмейкес А Ролан Бартелей интересен уже хотя бы тем, что работает с настоящим парижским шиком, которого так не хватает на современном рынке роскоши. Сегодня Францию на нем представляет только Cartier, у которой, вследствие глобализации бизнеса, французский имидж уже сильно «смазан». A Barthelay - стопроцентно парижская марка. Они одними из первых начали делать часы в корпусах banana (прямоугольных, изогнутых по форме запястья), и до сих пор в этом компоненте им, я считаю, нет равных. Мне очень хочется разбавить швейцарскую сущность компании толикой французской красоты, поэтому я и сделал Ролану предложение, от которого он не смог отказаться.
— Как долго вы его искали?
- Все произошло случайно, как, в общем-то, обычно и происходят важные встречи. Сошлись через общих знакомых и постепенно пришли к идее совместной работы.
— Какие еще бренды хотите приобрести?
— Пока никаких. Сперва нужно разобраться с тем, что уже имеем. На это уйдут минимум 2-3 года. Потом возможен дальнейший рост. Magic Hours
— До какого размера?
— Может быть, до семи брендов. 7 - счастливое число.
— Как бы вы охарактеризовали позицию FM на рынке высокого часового искусства по отношению к другим крупным образованиям вроде Swatch Group, Richemont, той же FHH?
— В чем суть философии высокого часового искусства? Она состоит в постоянном стремлении делать новые механизмы с новыми усложнениями. И с каждым годом, даже с каждым месяцем - все лучше и лучше. Работа элитного часовщика похожа на карьеру Сергея Бубки: выше, выше сантиметр за сантиметром. Лично меня прельщает, прежде всего, страсть часового искусства и уже потом -деньги, которые оно приносит. Magic Hours Именно такой подход определяет политику Группы Franck Muller и, соответственно, ее позицию на рынке. Мы имеем дело с лучшими специалистами, лучшими технологиями, лучшими материалами и не экономим в ущерб качеству. Для сравнения: у той же Swatch Group только в одном Китае работает 80 тысяч человек!
— Поддерживаете ли вы отношения с тем же Хайеком или другими топ-менеджерами вашего «калибра?»
— У меня настолько насыщенные отношения с друзьями и партнерами - Франком, Каттеном, Кунцем, Бартелеем и так далее, что просто физически не хватает времени для общения с кем-либо еще вне стен компании.
— А, кстати, чем вы занимаетесь в свободное время?
— Я, как вы, вероятно, знаете, люблю футбол и являюсь одним из небольших - подчеркиваю: небольших, кто бы что ни говорил — акционеров ереванского «Арарата». Но, конечно же, мне нравятся больше всего итальянский, испанский и английский чемпионаты. Я не болею ни за какую конкретную команду, но просто за красивую игру. С огромным нетерпением жду начала нового мирового Чемпионата в Германии, куда намереваюсь поехать вместе со своими двумя сыновьями.
— Никогда не было желания прикупить собственный клуб?
— Знаете, часовой бизнес похож на футбол. Сыгранная футбольная команда - одно из самых сложных образований в мире, поверьте мне. Может быть, даже сложнее турбийона или репетира. А для меня обладание сразу двумя «сложностями» — слишком непосильная ноша. Magic Hours
— Почему у такой большой компании, как Franck Muller, нет собственного веб-сайта?
— У каждой фирмы имеется собственная клиентская политика. Я предпочитаю персонально работать с каждым розничным покупателем. У меня есть представители на всех континентах, и они лично общаются с дилерами и продвигают бренд в соответствии с рыночными реалиями. Я не хочу торговать через посредников, к каковым отношу и Интернет-сайты. Если человек хочет купить часы Franck Muller, он приходит в магазин и знакомится с коллекцией, меряет понравившиеся модели, узнает любую интересующую его информацию. Это же очень сложный процесс, практически невозможный без непосредственного контакта. Поэтому мне Интернет не представляется чем-то таким уж важным для успешных продаж.
— Сколько человек работает в компании?
— 750.
— Если не секрет, сколько часов ежегодно вы производите?
— Нет, это не секрет. Под брендом Franck Muller производится около 50 тысяч экземпляров в год. У остальных четырех брендов объемы существенно меньше.
— Э... Простите, но, по-моему, у вас часы остановились... Франк Мюллер (справа) и его сын Фабиан (слева).
— Вы не первый, кто сказал мне сегодня эту фразу. Это модель из нашей новой коллекции Magic Hours. Она всегда показывает 12:00, но когда вам надо узнать текущее время, вы нажимаете на кнопку на заводной головке - и стрелки тут же встают в нужное положение. Отпускаете кнопку -на циферблате снова 12:00. Так что, мой друг, все работает, но работает «по-волшебному». У нас уже есть коллекция Crazy Hours, теперь к ней добавилась Magic Hours.
— Что бы вы назвали главным достижением FM на данный момент?
— Сейчас это Aeternitas. Самая сложная модель коллекции включает в себя 1 6 усложнений и состоит из более чем тысячи деталей! Основная ее особенность - вечный календарь, рассчитанный на 999 лет работы без вмешательства извне. Стоить такие часы будут около двух миллионов швейцарских франков, в год мы намереваемся выпускать 2-3 экземпляра, не больше.
— Как обстоят дела у компании в России?
— Хорошо. Россия развивается, промышленность растет, люди покупают все больше дорогих механических часов. Я доволен.
— А почему в российских бутиках почти не представлена ECW? Ведь она уже достаточно долго находится в составе Группы...
— Одна из главных причин состоит в том, что минувшей осенью скончался владелец ECW Роберто Карлотти, и это, конечно, затруднило продвижение марки. Причем не только в вашей стране -во всем мире. Сейчас ситуация нормализовалась, и скоро все будет. Magic Hours
— А когда нам ждать массового нашествия Bartelay и Rodolphe?
— Они уже постепенно начинают продаваться; в полном же объеме, думаю, эти бренды будут представлены в России с октября-ноября 2006 года.
— И в завершение беседы скажите несколько слов о марке Custos, владельцем которой является ваш сын Сассун?
Custos развивается абсолютно независимо от Franck Muller, поэтому я не владею исчерпывающей информацией о ней. Думаю, что Сассун идет правильным путем. Лично мне нравится то, что он делает.
— Вы ему помогаете ?
— Я отвечу так: нет. Потому что я хочу, чтобы он всего добивался сам. Пусть сам находит дизайнеров и сам занимается организацией продаж. Это его жизнь. Иногда он спрашивает моего совета - и, разумеется, получает его. Но не более того. Уверен, Custos станет очень известной маркой. Сто процентов. И когда-нибудь вы вспомните мои слова и скажете, что я был прав. О Фрэнке Мюллере порой говорят такое, что мы не рискнем повторять это на страницах нашего журнала. Но, судя по цветущему виду Мастера, все подобные разговоры можно считать более чем досужими. Честно говоря, нам было очень приятно видеть легенду современной haute horlogerie полной энергии и планов на будущее. Какие бы проблемы ни решал Мюллер в прошлом, они там и остались. По крайней мере, очень хочется в это верить...
— Г-н Мюллер, прежде всего, спасибо вам за то, что я стал часовым журналистом. Именно благодаря вам и вашим часам во мне ровно семь лет назад проснулся интерес к этой теме.
— Всегда к вашим услугам.
— Скажите, чем вы заняты сейчас?
— Сейчас я заканчиваю работу над коллекцией Franck Muller Club Member, которую намереваюсь представить в сентябре в Женеве. Здесь я выступаю как в роли дизайнера, так и конструктора.
— Что это за коллекция? Magic Hours
— Это часы для тех, кто любит Franck Muller и хочет получать от нас чуть больше, чем это возможно на данный момент. Наиболее продвинутые клиенты уже хорошо знакомы с идеологией и философией компании и готовы к чему-то более камерному, более углубленному. Это своего рода авангард бренда: все технологические инновации, которые я в нем буду использовать, постепенно «пропишутся» и в остальных коллекциях Совокупный тираж FMCM будет составлять 2-3 тысячи экземпляров в год. Как я уже сказал, осенью в Женеве состоится презентация коллекции, а потом я намереваюсь проехать с ней по всем нашим основным рынкам, по России в том числе.
— Чем конкретно она будет отличаться от остального FM?
— Именно тем, что я уже перечислил. Дизайном, механикой и новыми усложнениями.
— Какими же?
— Ну, например, два хронографа в одном механизме. Обязательно будут специальные усложнения для женщин. Вообще, скажу я вам честно, я переполнен идеями и намерен их все воплотить в жизнь.
— Почему вы решили заняться активным воплощением накопленных идей только сейчас, а не, скажем, год или два назад?
— Я начал работать над Franck Muller Club Member не год и не два, а три года назад. Но могу сказать, почему этого не произошло раньше. Дело в том, что Franck Muller достаточно большая компания, которой управляют два человека: я и мой партнер Вартан. Каждый из нас занимается своим делом. Мое дело - творчество. Я провожу много времени в мастерских, слежу за инженерными и дизайнерскими тенденциями, и меня просто не хватает на что-то сверх этого. Раньше бурный рост компании, развитие рынков сбыта мешали мне в полной мере проявлять себя. Сейчас, когда FM выросла в мощную империю, я могу позволить себе полностью сосредоточиться на собственном креативе. Magic Hours
— Что вы думаете о бурном росте количества часовых производителей?
— Думаю, многие из них потерпят большие убытки, потому что в большинстве случаев движимы просто модой и стремлением выразить нетрадиционными методами свое эго. Если это стремление не подкреплено серьезными техническими изысканиями, то лучше не рисковать. У человека, решившегося войти в часовой бизнес, должна быть серьезная инженерная подготовка.
— Какие бренды, кроме своего, конечно же, вам нравятся?
— Каждая из известных в прошлом марок привнесла что-то новое в часовое ремесло. Раньше часовщики контролировали время в буквальном смысле. И благодаря их открытиям мы сегодня процветаем. Вы когда-нибудь задумывались над тем, зачем нам время? Прежде всего, для того, чтобы идентифицировать себя в пространстве - каждый из нас живет точно в конкретном месте в точно конкретный момент. Вы и я здесь - и это не подлежит сомнению, все осталь- ное - недоказуемо. Время определяет нас. И объединяет. Трудно сказать, какой бренд мне люб больше других - каждый дал мне что-то свое, особенное, частичку своего наследия, и из этих частичек я создал собственную модель высокого часового искусства. Но это не значит, что я реставрирую прошлое - я делаю будущее. Меня интересует только будущее.
— И каким вам видится будущее компании?
Aeternitas. Вечность.
— Эта новая коллекция - ваша заслуга?
— Я один не могу изобрести ничего. Мне нужны профессионалы, которые образуют цельный коллектив, способный на многое, если не на все. А я как вампир - высасываю знания подчиненных. Часовой Дракула. Шучу, конечно, но, как известно, в каждой шутке есть доля истины.
— Есть ли у вас кумиры? На кого вы хотели походить в юности?
— Я никогда не хотел быть никем, кроме самого себя. За одним исключением. В детстве, когда мне было примерно 13 лет, мне очень нравилась актриса Клаудиа Кардинале. В одном спагетти-вестерне режиссера Серджио Леоне у нее была любовь с ковбоем по имени Франк. И я так сильно хотел быть тем Франком, что взял себе его имя. С тех пор я не Франческ, а самый настоящий Франк.



Беседовал Александр Ветров


© Часы №4, 2006


СМИ о нас
Пресса о нас
Мы в сети

Cartier. Pasha Seatimer Часы Pasha de Cartier уже настолько срослись с понятием "высокий стиль", что при упоминании этого имени люди в первую очередь вспоминают сложные механизмы и великолепную ювелирную отделку, забывая об истинной причине появлении модели в коллекции Cartier.
Сервис. От карманного к независимому Сообщение о прекращении отгрузок запчастей «Консул-Сервисом» сторонним организациям заставило поразмышлять: а что, собственно, происходит на рынке сервиса?
В команде с Hermle О национальных особенностях российского рынка мы беседуем с г-ном Гербертом Эшле (Herbert Eschle), который отвечает в Hermle за экспорт продукции.
© 2007 «TimeWay»